Рост базовой ставки по НДС до 22% уже болезненно отразился на самочувствии и поведении российского бизнеса. В национальной подзаконной практике уже возникали похожие ситуации с увеличением налогового бремени для исполнителей контрактов. Их удалось эффективно урегулировать за счет гибкой «амортизации» существенных данных о цене контракта.
Предыдущий скачок налоговой планки с 18 до 20% сопровождался поправкой в Закон о контрактной системе (44-ФЗ), которая позволяла адаптировать существенные условия контракта под актуальную конъюнктуру рынка. В частности, разрешалось изменять цену контракта в пределах двух процентов (при наличии соответствующих бюджетных лимитов). На первый взгляд, 2% – это незначительная сумма, но в некоторых ситуациях «на земле» это критичный зазор, способный влиять на эффективную реализацию полномочий распорядителя бюджетных средств.
Справка
- До 1 октября 2019 года часть 54 статьи 112 Закона №44-ФЗ предусматривала возможность увеличения цены контракта по соглашению сторон, если контракт был заключен до повышения ставки НДС (*в пределах увеличения ставки НДС и только на товары, работы, услуги, в отношении которых увеличилась данная ставка). При этом для государственных и муниципальных заказчиков действовало еще одно ограничивающее условие: что изменение цены контракта возможно только в пределах доведённых лимитов бюджетных обязательств на срок исполнения контракта.
В 2025 году повышение НДС вкупе с ключевой ставкой ЦБ произвели шоковый эффект на поставщиков. Однако до сих пор от Правительства не поступало сигналов о подготовке каких-либо смягчающие решений. Запрос на пространство для ценового маневра звучит от профессиональной аудитории достаточно явно, причем не только от поставщиков, но и со стороны уполномоченных органов закупок в субъектах РФ.
Елена Егорова, председатель Комитета по госзаказу Санкт-Петербурга (из выступления на круглом столе «Законодательство о контрактной системе: практика применения и перспективы развития» в Совете Федерации):
– У нас также, как у других представителей субъектов РФ, есть вопросы, связанные с повышением НДС, которые бы мы хотели поднять на уровень регулирования контрактной системы. Эти вопросы будут волновать наших поставщиков – особенно по переходным контрактам, которые мы ранее заключили. В этой связи хотелось бы вспомнить практику 2019 года: когда были внесены изменения в 44 Федеральный закон, то там была предусмотрена возможность увеличивать цену контракта. Минфин выпускал соответствующее разъяснительное письмо, которое помогло нам безболезненно пройти эту ситуацию.
Светлана Журавлева, министр Правительства Московской области по конкурентной политике (из выступления на круглом столе «Законодательство о контрактной системе: практика применения и перспективы развития» в Совете Федерации):
– С 1 января 2026 года от наших заказчиков поступают запросы в связи с повышением НДС. Мы тут видим несколько путей решения. Например, в рамках 44 Закона предусмотреть право симметрично увеличивать цену контракта – такие механизмы есть. За исключением закупок товаров с неопределенным объемом. Возможно требуется либо разъяснительное письмо, либо изменение в этой части.
Один из вариантов, предложенных в ходе дискуссии в Совфеде – изменение цены единицы продукции в пределах 10% по контрактам с неопределенным объемом.
К сожалению, по информации, которую Сетевое издание Цифровые Закупки получает от представителей бизнеса из разных регионов России, уже фиксируется опасная тенденция с так называемым «высушиванием контрактов» – когда под влиянием инфляционных и прочих негативных факторов стагнирующего рынка их дальнейшая реализация становится убыточной для исполнителя (особенно на уровне субподряда).
Больнее всего эта история срикошетила по сфере строительства инфраструктурных и социальных объектов. В лучшем случае сдвигаются вправо сроки, а в худшем – деградируют сметные расчеты. Недоимки банально перекладываются на субподрядчиков вниз по «пищевой» производственной цепочке. До определенного предела этот процесс является безболезненным для генподрядной организации, пока можно банкротить «крепостных» на субподряде. Однако этот предел не бесконечен. Поэтому довольно скоро и часто случается сдвиг сроков сдачи объекта вправо, перекройка смет, либо доходит до срыва контракта. Деградация качества сооружений, мошенническая экономия на заявленном сырье, материалах, комплектующих, и кадровых ресурсах при этом являются общим местом (даже для внешне успешных контрактов).
При повальном характере явных проблем, вычислять неявные расхождения контрольно-надзорным органам зачастую некогда и не с руки. Любопытное явление: за двадцать лет рыночной практики низшая каста российского строительного бизнеса выработала своеобразный артельный иммунитет к поведению крупных заказчиков, научившись «перетекать» в разные проектные команды, адаптированные к актуальной конъюнктуре рынка. Если «не повезло» со своевременной оплатой и выживанием на одном объекте, то на другом удастся выиграть под флагом иного юрлица после кадрового «перерождения». «Шудры» мелкого и среднего российского стройбизнеса.
Московская область на круглом столе по закупкам в Совете Федерации подняла еще одну проблему, которая в комплексе с повышением НДС и удорожанием кредитных ресурсов становится отягчающим фактором для исполнения госконтрактов.
Это отсутствие в российском законодательстве о закупках возможности последовательной выдачи аванса. Многие подрядчики жалуются на то, что банковские гарантии в современных условиях – это очень дорогое и рискованное удовольствие. Поэтому, в тех случаях, когда авансом предусмотрена выдача до 30%, 50% (в некоторых случаях до 70%) – предлагается легализовать механизм выдачи аванса частями. Это снизит финансовую нагрузку на бизнес. Условно говоря: предусмотреть порядок выдачи на первом этапе 20% (и на эту часть выдавать отдельную банковскую гарантию), после того, как получатель отработал и закрыл обязательства, выдавать следующую часть по той же модели. Это повысит доверие к клиенту и со стороны самих банков: они смогут оперировать менее рискованными средствами.
В свою очередь Цифровые Закупки получают сигналы от бизнеса, что проблема существует уже очень давно, и давно ждет своего разрешения.
Элементарный здравый смысл и конструктивная созидательная логика подсказывают, что аванс не должен ложиться налоговым бременем на плечи подрядчика. Однако в современной российской нормативной системе аванс – означает налог. С него берется НДС. Подрядчик получил деньги, еще ничего не успел сделать, а налог – уже должен заплатить.
Важно! Идея «устанавливать разные размеры аванса в отношении этапов исполнения контракта» предусматривалась еще в том легендарном пакете упрощающих поправок к 44-ФЗ, который сенаторы по инициативе Валентины Матвиенко вносили в Правительство весной 2023 года. В проекте закона так и звучало. Упрощающий законопроект в итоге стал законом. Но как это нередко происходит в окончательных редакциях эта важнейшая норма об этапности авансового обеспечения (прописанная мелким шрифтом) куда-то испарилась из документа.
Подчас сумма КС не согласуется с теми затратами, которые исполнитель контракта на строительство должен понести в определенном периоде. Предположим, требуется закупить материалы, которые будут производиться несколько месяцев, а заплатить необходимо уже сейчас; при этом авансовых средств (с большой долей вероятности) будет не хватать. Нужно платить людям зарплаты в срок, закупать топливо, и кассовый разрыв может достигать нескольких месяцев. В таких условиях обременять исполнителя еще и налоговым бременем с аванса – не рационально.
Наконец, вышеупомянутые проблемы усугубляются разными нормативами бюджетной обеспеченности регионов. У одних субъектов может хватать ресурсов на амортизацию НДС за счет доступных бюджетных лимитов, а другие – являются дефицитными.
Автор: Андрей Троянский
Комментариев пока нет