На первый взгляд, электронный магазин выглядит пространством, где практически невозможны (или как минимум затруднены) антиконкурентные действия. Есть кратчайшая процедура доступа к витрине через так называемую «закупку с полки», есть инфраструктура для того, чтобы конечный потребитель в условиях реального рынка проголосовал рублем. Фактически отсутствуют рычаги, чтобы повлиять на решение потребителя не маркетинговыми способами.
Без участия в сговоре самой торговой площадки трудно представить себе механизм умышленной координации действий от большого числа контрагентов, которые в моменте выступают конкурентами друг для друга.
Однако практика показывает, что для картеля нет ничего невозможного, даже если площадка сохраняет нейтральный статус-кво. Ну, а если не сохраняет, то картель с платформой – это самое милое дело, и практически неуязвимое для органов надзора. Ведь закон о платформенной экономике пока не вступил в силу, и создание подзаконной правоприменительной практики займет месяцы. Перед злоумышленниками открывается огромный интерфейс ювелирных решений во всем картельном многообразии цифровых форм. Возможно, что многие из этих схем еще даже не знакомы регулятору.
Когда на кону комплексная выгода от контроля за ценообразованием, – то даже неуютные условия тайных переговоров не являются препятствием для злоумышленников.
Пример из актуальной практики ФАС России, который приводился на IХ Международной научно-практической конференции «Конкурентная политика в условиях цифровизации коммерческого оборота товаров, работ, услуг».
На одной из крупнейших национальных платформ поставщики наушников заключили антирыночное соглашение о поддержании цен с целью продвижения своего товара и извлечения прибыли.
Группа недобросовестных поставщиков использовала для координации своих действий закрытый чат. Поставщикам навязывались определенные условия поддержания цены и правила реализации товара (участие в акциях). Формирование цены координировалось через примитивную Google таблицу, впоследствии ФАСом была зафиксирована общая динамика изменения цены у ответчиков и собран комплекс доказательств.
Пострадавшей стороной (кроме конечного потребителя) стали добросовестные компании отказались участвовать в сговоре. Как ситуация развивалась для тех, кто не захотел вступить в картель? Они продолжали получать заказы и отправлять товары в разные регионы страны. Негативные последствия для них наступали уже после доставки: товар на точке, но его никто не выкупает. Сложив все паззлы в общую картину, пострадавшие участники рынка сообразили, что столкнулись с организованной дискриминацией на маркетплейсе. Одной из угроз в случае невступления в картель – была волна негативных отзывов пользователей и репутационные убытки.
Клара Батанова, заместитель начальника Управления ФАС России по борьбе с картелями:
– Фактически мы имеем картель, в котором участники договорились между собой для извлечения максимальной прибыли за счет поддержания цены. История завершилась рассмотрением дела в ФАС России. У нас было 27 ответчиков. В качестве доказательств использовалась нотариально заверенная переписка, которая осуществлялась в мессенджере Телеграм. Проводилась идентификация участников, переписка содержала голосование: в частности была установлена Google таблица, которая содержала данные о политике ценообразования (какой она должна быть). Также были установлены факты понуждения к заключению картеля. Со стороны Антимонопольной службы проведен анализ негативных отзывов пользователей в адрес жертв картеля. Таким образом, нами была установлена нетипичная совокупность доказательств. Мы привыкли к тому, что картели заключаются на торгах, в конкретной отраслевой нише, например – на рынке пассажирских перевозок. Вот один из примеров, как можно перенести классическую схему картеля на цифровую платформу и адаптировать механизм реализации под новые условия. Впоследствии фигуранты дела пытались обжаловать решение, однако суд первой инстанции нас поддержал.
По словам эксперта, основным мотивом для сговора был контроль над формированием цены с целью извлечения выгоды. Что доказывается перепиской фигурантов в закрытом чате. Они обсуждали: в каких маркетплейсах участвовать и какую начальную цену удерживать, чтобы не прогадать.
Сговоры в ЗМО – невозможное возможно
Не менее тревожная ситуация по сговорам намечается в сегменте ЗМО (закупки малого объема до 5 млн рублей).
Получение коммерческих предложений от аффилированных поставщиков входит в топ типовых нарушений, выявляемых в работе региональных электронных магазинов Казначейством России (по закупкам малого объема (ЗМО) до 5 млн рублей). Когда заказчик, обосновывая цену, собирает эти ценовые предложения не на реальном рынке среди конкурентов, а направляет запрос знакомому поставщику для имитации конкурентной закупки.
«Впоследствии прокуратура может выяснить, что цена не обоснована, контракт незаконный, но ущерб для честного предпринимателя от этого не меньше», – объясняет руководитель Академии Контрактных Отношений Павел Лисин. Академия предлагает урегулировать в законодательстве о ЗМО вопросы формирования начальной цены.
Также в 44-ФЗ ввести новеллу о конфиденциальности для электронных магазинов: запрет на общение заказчика и электронной площадки, заказчика и поставщика (ч.12 ст.94). Существует обоснованное подозрение, что площадки, не имея жестко прописанного запрета, передают часть информации своим «аффилированным игрокам». Об этом говорит массовая арбитражная практика по обращениям предпринимателей, которые выходили на электронную полку с более низкой ценой, но проиграли.
В антимонопольной практике есть конкретные случаи обращений от бизнеса. Фиксация всего происходившего на площадке через электронный протокол показывает, что один из контрагентов побеждает конкурента с подозрительным ценовым снижением на 100 рублей. Одно дело, когда это исключительное совпадение цифр – и совсем другое, когда история с разницей в сто рублей носит массовый характер. Это не похоже на случайность, а больше похоже на сговор платформы с контрагентами. Остаются вопросы: как так получается, что предварительное предложение сформировано за минуту перед тем, как заказчик размещает извещение? Да еще и цена чуть-чуть ниже, чем у минимального значения, которое раньше было в виде предварительного предложения на этой площадке.
Система «Независимый регистратор» пропускает такие случаи, поскольку ее настройки направлены на другое, она призвана следить за операциями технического характера. Как осуществлялась связь? На чьей стороне происходили сбои? Кто не мог нажать на кнопку? Работала ли ГИС ЕИС «Закупки»?
В развитие темы защиты интересов контрагентов региональных электронных магазинов АНО ДПО «Академия Контрактных Отношений» вышла с концепцией «Служба одного окна» для всех маркетплейсов. Чтобы через этот сервис поставщик мог однократно размещать свое предложение сразу во всех электронных магазинах, по стандартным критериям к описанию продукции (в соответствии с требованиями закона). «Это позволит снять с бизнеса бремя формирования предложений в огромном числе и, по сути, без каких-либо перспектив заключения контракта», – пояснил руководитель Академии Контрактных Отношений Павел Лисин.
Во первых, для бизнеса бремя формирования предложений на разных площадка без гарантированных перспектив заключения контракта – это трудозатратное бремя. Во-вторых аналогичный подход было бы уместно применить и к коммерческим маркетплейсам для снижения неналоговой нагрузки (пороги на вход в рынок).
Автор: Андрей Троянский
Комментариев пока нет