Цифровые закупки 101000, Москва, Колпачный пер., дом 4, стр. 3 +7 (495) 215-53-74

Вынужденная индустриализация: какие барьеры существуют?

Возможен ли переход от промышленности малых порций к большим корпоративным заказам?
Вынужденная индустриализация: какие барьеры существуют?
Теги: #Импортозависимость #Импортозамещение #Индустриализация

Под давлением внешних условий правительству страны приходится переходить от логики вялотекущего импортозамещения к строительству импортонезависимости, то есть, к реальным шагам в завоевании технологического суверенитета. Приходится создавать с нуля или возобновлять собственные производственные цепочки, в уцелевших критически значимых отраслях, модернизировать конвейер, логистику и развивать новые специальности.

Для этого необходимо кардинально менять годами сложившуюся систему взаимодействий заказчиков и производителей. На этом настаивает первый заместитель председателя коллегии Военно-промышленной комиссии Российской Федерации Андрей Ельчанинов. В апреле он выступил с таким посылом к заказчикам и поставщикам на XVII Всероссийском Форуме-выставке «ГОСАЗКАЗ».

– Какие барьеры мы здесь видим? В первую очередь – это внутренние регламенты и стандарты корпоративных закупщиков. Эти барьеры нужно убрать или реформировать в пользу российских производителей, – подчеркнул Ельчанинов, выступая на Форуме. – Второе, что нужно менять – это система планирования закупок, которая у большинства заказчиков ограничена годовым (в лучшем случае – трехлетним) периодом. Такой горизонт планирования не позволяет отвечать на вызовы современной экономики. И не позволяет заниматься развитием производства. В современных условиях необходимо выходить на долгосрочные офсетные контракты, позволяющие за 1-2 года подтянуть компетенции российских производителей до требуемого уровня.

Инвестиции государства в средства производства – лучший сигнал о том, что правительство начало оперативное  движение в направлении к технологическому суверенитету. В апреле Михаил Мишустин подписал распоряжение о  выделении более 3,7 миллиардов рублей на модернизацию промышленных предприятий в регионах.

Заслуживает внимания перспективный опыт организации производственного взаимодействия в нефтегазовом секторе. Потребности некоторых корпораций ТЭК аккумулируются централизовано: им в добровольно-принудительном порядке обеспечивают взаимодействие с отечественными производителями собственные службы. Для этого требуется определенная политическая воля: как со стороны менеджмента корпораций, так и со стороны местных региональных властей. Дело в том, что существующая на данный момент экономическая конъюнктура закупок наделяет губернаторов серьезными полномочиями в организации программ импортонезависимости. На прошедшем Форуме-выставке «ГОСЗАКАЗ» своим конструктивным опытом поделились руководство Тюменской области, Газпрома и концерна «ВКО Алмаз-Антей».

– Год назад на Форуме мы обсуждали, что нужно сделать, чтобы развернуть заказчиков лицом к отечественному промсектору. А с недавнего времени мы живем в условиях, когда заказчику ничего не остается, кроме как самому искать у российских производителей необходимую продукцию, – охарактеризовал текущую обстановку Андрей Ельчанинов.

Цифры и реальная корпоративная практика

Каким же образом максимально сблизить заказчиков с отечественными поставщиками в рамках 44-ФЗ и 223-ФЗ, убрав при этом все бюрократические барьеры?

Нельзя не признать, что до марта 2022 года российская промышленность высоких переделов (не сырьевого типа) работала малыми порциями. Некоторые виды высокотехнологичной продукции и комплектующих производились только экспериментальными партиями. Внезапно возникла необходимость выйти на серийные объемы. Чтобы их обеспечить, придется решать вопросы стоимости сырья, доступных денег и поиска дефицитных комплектующих, которые воспроизвести на российской индустриальной базе в срочном порядке невозможно.

По 44-ФЗ правительством озвучивается оптимистичная доля российских товаров –  61% от общего объема закупок за 2021 год. Годом раньше эта цифра была ниже на 5%. К достоверности этих процентов могут быть вопросы, поскольку в правоприменительной практике до сих пор отсутствует внятное определение, что есть российский товар или услуга; и с идентификацией российского происхождения продукции также возникают сложности.

Тем не менее, статистику по 44-ФЗ хотя бы можно считать репрезентативной. С корпоративным законом все гораздо сложнее. По 223-ФЗ называется цифра в 83% российской продукции за прошлый год. Однако, даже на взгляд человека далекого от темы, она выглядит маловероятной. Дело в том, что 223-ФЗ отличается меньшей прозрачностью процедур, полным отсутствием рамочных правил и ответственности по линии импортозамещения.

Требований по применению российского оборудования и технологий даже в тех проектах, на которые выделяются триллионы бюджетных средств, в корпоративном законодательстве нет (ни в суперпроектах по освоению Арктики, ни в энергосервисных контрактах континентального масштаба, ни в ТЭКе, ни даже в машиностроении). В лучшем случае есть только рекомендации и пожелания, которые корпорации могут выполнять, а могут и не выполнять.

Наконец, 44-ФЗ, который часто любят приводить в пример как показатель успешного импортозамещения – это отнюдь не основное русло экономической жизни страны. Львиная доля закупок в России осуществляется по 223-ФЗ. Причем, именно здесь проходят закупки наукоемкой продукции. Поэтому 61% российских поставок  в контрактной системе – это капля в море, причем, даже не в том море, в котором нужно. Конечно, важно наладить поставки отечественных гвоздей после напутствия от Валентины Матвиенко. Куда важнее наладить производство собственных полупроводников, подшипников, двигателей…

Российское происхождение – проблемы идентификации

Со стороны профессионального сообщества закупщиков и поставщиков на Форуме-выставке «ГОСЗАКАЗ» звучала вполне справедливая критика системы ГИСП (Государственная информационная система промышленности), курируемая Минпромторгом. Однако надо признать, что других механизмов идентификации и продвижения российской промышленной продукции в России нет. А значит, для дальнейшего развития страны нужно пользоваться тем велосипедом, который уже создан, совершенствуя и доводя его до ума.

С 1 апреля 2022 года внесены изменения в порядок подтверждения факта производства промышленной продукции на территории РФ. Срок действия заключений профильных министерств увеличен с 1 года до 3 лет, а срок действующих заключений может быть продлен еще на один год.

Много говорится о необходимости развития Государственной информационной системы промышленности –  ГИСП. На этом направлении сделано очень многое: количество зарегистрированных пользователей ГИСП за год увеличилось на 58%  –  с 54 до 86 тысяч. Каталог промышленной продукции ГИСП расширился на 39% –  с 800 тыс. до более миллиона позиций. Платформа претендует на роль универсального ресурса обеспечивающего, поиск необходимой продукции в России. В этом году платформу дооснастили сервисом Биржа импортозамещения, с которым связывают большие надежды.

Отдельно остановимся на системе подтверждения российскости промышленной продукции. В процесс подтверждения уже полностью оцифрован в ГИСП. Причем за год количество выданных заключений выросло на 85% – с 7 до 13 тысяч. Эту работу необходимо доводить до поставленной цели в той же логике, несмотря ни на какие санкции, чтобы через некоторое время мы не оказались в ситуации полной зависимости уже не от западных, а от азиатских комплектующих. Запреты на поставку в Россию импортных комплектующих, сырья и материалов позволяют оценить реальный эффект от 22 отраслевых программ импортозамещения, принятых Минпромторгом. Ясно, что по ряду направлений программа задействована не на всю необходимую глубину. Существуют сборочные производства, обеспеченные нашим сырьем и комплектующими.

Автор: Андрей Троянский

11 мая 2022, 14:14
320
Теги: #Импортозависимость #Импортозамещение #Индустриализация

Комментариев пока нет

Обсуждение закрыто.