Цифровые закупки 101000, Москва, Колпачный пер., дом 4, стр. 3 +7 (495) 215-53-74

Оборонные предприятия «выкупили» из банковской кабалы за 750 млрд рублей

Почему кредитный подход оказался провальным для предприятий ОПК
Оборонные предприятия «выкупили» из банковской кабалы за 750 млрд рублей
Теги: #Юрий Борисов

Одну из ключевых новостей марта озвучил вице-премьер Юрий Борисов, сообщив о планах реструктуризации долгов предприятий оборонно-промышленного комплекса (ОПК). По его словам, около 375 млрд руб. будет списано, еще столько же будет реструктурировано под 3%. В январе глава ВТБ Андрей Костин также говорил, что вопрос о списании долгов уже решен закрытым указом Президента России Владимира Путина.

– Я вам назову здесь несколько цифр: 750 млрд рублей будет реструктурировано для предприятий ОПК. Из них половина практически будет списана, остальные – будут подвержены реструктуризации на 15 лет под 3% годовых, – сказал Борисов, выступая на коллегии минпромторга Татарстана.

По его словам, эта мера позволит предприятиям ОПК освободиться от больших платежей банкирам и высвободить средства для собственного развития.

Летом прошлого года Юрий Борисов критиковал систему кредитования ОПК в еще более жесткой форме. По его словам, оборонный сектор «живет впроголодь, обслуживая финансовые институты, которые ничего не производят, а призваны только обеспечивать процесс организации производства и внедрения продукции»!

Очевидно, что лечить болезнь лишь экстренным вливанием ликвидности от государства дальше нельзя. Военные заводы не могут работать в состоянии хронической недофинансированности и в надежде на «реанимацию» от государства, особенно в свете заявленной диверсификации ОПК.

Военно-промышленный комплекс явно не заточен на существование в условиях необузданного рынка. И дело тут не в отсталости ОПК, а в дефективности самой экономической модели.

Основополагающие принципы работы военно-промышленного организма России несовместимы с финансовыми отношениями, навязанными извне. Естественным образом напрашиваются вопросы, почему государство отказалось от прямого финансирования заводов и зачем в этой схеме потребовалась «прокладка» в виде банковской системы? Исполнение контракта за счет исполнителя? Получилось поддержать банкиров, однако не очень получается сохранить ОПК: некоторые производства уже не вернуть. А если не изменить систему, то сокращения и банкротства будут только нарастать.

С прошлого, 2019 года Гособоронзаказ решением Правительства РФ перевели на оплату после отгрузки. До этого порядок работы ОПК предполагал предоплату со стороны государства. А это значит, что предприятия могли планировать и выстраивать производственные процессы (в том числе и модернизацию производства) в рамках заложенного бюджета. Кредиты коммерческих банков под госзаказ и принудительная трансформация унитарных предприятий в акционерные общества привели к тому, что почти все флагманы ОПК попали в долговую зависимость и лишились немногих уцелевших инструментов планирования и развития НИОКР. Некоторые производственные мощности и компетенции в условиях недофинансирования и вовсе пошли под нож. Ведь помимо того, что средства доходят до военных с большим временным лагом, само государство не желает приобретать продукцию для своей армии по ценам, позволяющим выплатить банкам ранее взятые кредиты.

В этом контексте решение государства погасить проценты банкирам выглядит вполне справедливым. Несправедливой и противоестественной является рабская зависимость оборонных предприятий от банковских структур, которую пока никто не отменял.

Если не изменить механизмы финансирования оборонного комплекса, банковская система продолжит паразитировать на его фундаментальной базе, извлекая прибыль из деградации военных заводов (в первую очередь за счет сокращения так называемых неликвидных производств, связанных с опытно-конструкторскими работами). Крайне востребованы альтернативные механизмы финансирования ОПК, в том числе и такие, как квоты на закупку гражданской продукции ОПК  либо нерыночные формы кредитования оборонных предприятий под целевые проекты с низкой процентной ставкой.

Одной из причин накопления задолженности предприятий ОПК являлся высокий процент кредитов, который определялся высокой процентной ставкой ЦБ, доходящей до 17,5% годовых после введения санкций в 2014 году. Снижение текущей ставки до адекватных 6%, возможно, позволило бы перезаключить кредитные договоры и в дальнейшем брать кредиты под нормальные проценты.

История с финансированием ОПК через типичные рыночные инструменты показывает, что банковская система в сложившихся условиях свою функцию кредитования оборонки исполнять не способна, особенно если речь идет о венчурных проектах, – из-за особенностей продукции и производства, а также нюансов государственного заказа, объемы и характеристики которого могут быть трудно предсказуемыми и зависимыми от множества форс-мажорных факторов (сегодня хотим сто самолетов, пока их разрабатывали, ситуация поменялась, и хотим уже десять).

Ранее применявшийся планово-убыточный подход для столь тонкой задачи, как переоснащение и переориентация предприятий ОПК на гражданский рынок, выглядит куда более предпочтительным. В его пользу есть три железных аргумента: 1) государство и впредь намерено приобретать продукцию ОПК по регулируемым (заниженным) ценам. 2) у приобретаемой государством продукции ОПК должны быть качественные характеристики – выше допустимых с точки зрения маркетинга; 3) заведомо убыточными для рыночных инвестиций являются те производственные мощности ОПК, которые и составляют его уникальность (фундаментальные и прикладные исследования, опытные производства).

Экономические инструменты имеет смысл применять по месту. Свободный рынок, например, бесспорно эффективен там, где торгуют доморощенной зеленью, картофелем, лубяными изделиями и продуктами народных ремесел. Для высокотехнологичных производств и проектов с большим горизонтом планирования методы коммерческого кредитования, мягко говоря, архаичны. На кривой кобыле не въедешь в шестой технологический уклад.

Автор Андрей Троянский

10 марта 2020, 17:59
575
Теги: #Юрий Борисов
Ещё по данной теме